ЕСТЬ ТАКАЯ ПАРТИЯ?

Или что такое «хорошо» и что такое «плохо» в партийном строительстве единороссов?

Чем ближе парламентские выборы, тем острее полемика между конкурентами в борьбе за мандаты депутатов Государственной Думы. Особенно достается «Единой России», что вполне естественно, поскольку на кого, как не на партию власти, списывать все огрехи проводимых в стране преобразований? В последнее время к традиционным претензиям, предъявляемым «медведям», добавилась еще одна – тема партийной реформы, ставшей актуальной после ноябрьского съезда ЕР.

Напомним, что делегаты VII съезда «Единой России» не только утвердили программное заявление партии, рассчитанное на 10 лет, но приняли важные решения организационного порядка. Анализ этих решений позволил экспертам сделать вывод о том, что после новой перестройки «Единая Россия» по своей структуре станет напоминать КПСС образца 70-80-х годов прошлого века. В частности, Высший совет ЕР по своим функциям уподобится прежнему Политбюро, Центральный исполнительный комитет будет сопоставим с Секретариатом ЦК партии, а представительный и резко расширившийся Генсовет, в который войдут практически все губернаторы - с ЦК КПСС, в котором регионы представляли первые секретари рескомов и обкомов.

Хорошо это или плохо?

На возможность появления «нового Левиафана», который вполне может состояться, если по образу и подобию КПСС будет реформирована управленческая структура ЕР (а такая возможность появилась после законодательного разрешения высшим чиновникам входить в руководящие органы партии), очень нервно и резко среагировали правые. Для них выстраивание жесткой управленческой вертикали равнозначно предательству идеалов демократии. Пресса запестрела заголовками типа «Единая Россия» все больше напоминает КПСС», «Единую Россию» перекраивают по лекалам КПСС» и т.д.

Во множестве появились комментарии, в которых утверждалось, что «медвежий» съезд не просто открыл процедуру по римейку КПСС, но дал толчок более широкому и опасному процессу – советизации власти, чреватой появлением неизбежных атрибутов этого явления – национализации, деприватизации, директивного планирования, тотального контроля над обществом и т.д.

На форумах в Интернете усиленно муссируется идея, будто партии «типа КПСС и «Единой России» - есть не что иное, как «антинародное государство внутри социума». Что это противоестественное образование состоит сплошь из «антисоциальных элементов - «мертвых духом людей», «карьеристов» и «глупцов», «разорвавших связь со своей культурной средой и не способных к творчеству и развитию», то есть из того типа людей, что «культивировался в нашей стране на протяжении десятилетий».

Вот так незатейливо, заменяя аргументы эмоциями и ярлыками, россиянам попытаются внушить, что все затеянное «медведями» плохо, поскольку-де противостоит идеалам августовской революции 1991 года.

Авторы обличительных опусов, видимо, рассчитывают на то, что КПСС достаточно «демонизирована», чтобы обвинения в страшном «грехе» - схожести нынешней партии власти с «ведущей и направляющей» силой Страны Советов - могли сбивать рейтинги единороссов, обращая внимание общественности на более достойных, т.е. истинных поборников демократии.

Логика вполне понятная, но представляется достаточно поверхностной для дня нынешнего. Это в ельцинскую эпоху при слове «КПСС» рука правоверного демократа тянулась к перу, чтобы им, как штыком, лишний раз ткнуть в ненавистную тень прошлого, пришепетывая при этом губами что-то, похожее на молитву из трех слов: НЕ дай БОГ! Тогда многие на эту «молитву» клюнули, поверив в мрачную перспективу «купить еды в последний раз», если не так проголосуют.

Но очень скоро, столкнувшись с нарастанием проблем и не получив обещанной социальной стабилизации, улучшения качества жизни и прорывов в экономике, люди стали задумываться над тем, куда тянут страну либералы.

По данным всероссийского опроса ВЦИОМ, проведенного 21-22 октября 2006 г. в 153 населенных пунктах в 46 областях, краях и республиках России (объем выборки - 1595 человек, статистическая погрешность не превышает 3,4%), 20% опрошенных отнесли себя к «левым». (Существенно то, что по сравнению с 2005 г. доля таких ответов увеличилась на 6%.) Чуть более 10% идентифицировали себя как «русские патриоты», сторонники русских национальных ценностей. Около 11% отнесли себя к «правым», сторонникам развития рынка и политической демократии. Большинство же - 59% - высказалось за конвергенцию (синтез) всех этих идей, то есть за то, чтобы обобщить все лучшее, что есть у левых, правых, либералов, патриотов и т.д.

Не менее интересную информацию к размышлению предоставил мониторинг того же ВЦИОМа, выяснявшего в ноябре 2006 года отношение россиян к распаду СССР. Как оказалось, ностальгия по «общему коммунистическому дому» очень высока – 68% «сожалеющих» против 24% «не сожалеющих», что сопоставимо разве что, с рейтингами поддержки президента Путина. (В мае-октябре 2006 г. работу Владимира Владимировича положительно оценили 77% опрошенных, а 56% готовы были отдать за него голоса на выборах.)

Можно, конечно, ностальгию по Союзу и рост левопатриотических настроений объяснить «совковой ментальностью». Только такой диагноз ничего не даст. Потому что иного народа в стране нет, а резкого увеличения количества думающих «правильно», к примеру праволиберально, вряд ли следует ожидать в ближайшее время.

И что тогда делать власти, если ее источник – народ в большинстве своем никак не желает переформатироваться в «либерала» и стремления заменить свою «совковость» на бюргерские добродетели не выказывает?

Следовать советам тех, кто не представляет себе, как без «иностранной оккупации» и «насилия» проводить в стране «вивисекцию», то есть реформы?

Или вводить в стране рыночные отношения «железной рукой» диктатора, как предлагали сначала некоторые «гайдаровцы», получившие за это звание «необольшевиков», а потом и кое-кто из олигархов, обретающих ныне в местах отдаленных?

Или, все-таки исходить из реалий?

Партийная реформа, начатая единороссами, свидетельствует о том, что свой выбор и первый шаг на пути аккумулирования «лучшего» сделан. Одним из таких «полезных элементов» определен «демократический централизм», бывший в советские времена важнейшим принципом организационного строения и деятельности не только КПСС, но также социалистического государства, управлявшего социалистической экономикой. Ведь наивно было бы полагать, что скачок от сохи к космическим технологиям в СССР обеспечивали только репрессивные органы. Без умения организовать дело, без поддержки и энтузиазма масс не было бы тех вех в истории страны, которые называются «достижениями социализма» и о которых до сих пор помнят люди, вышедшие из «советской шинели».

Система внутрипартийных отношений «ЕдРа» пронизана сутью базового принципа построения КПСС, основными признаками которого являются:

- членство в партии на основе признания ее программы, обязательного вхождения и участия в работе одной из партийных организаций; строгую дисциплину, одинаково обязательную для всех членов партии; строжайшее выполнение партийных решений, подчинение меньшинства большинству, низших организаций высшим; выборность и отчетность партийных органов; развитие активности и самодеятельности партийных масс; органическую связь с массами, учет их опыта при выработке тактики; постоянную заботу о чистоте своих рядов…

Единороссов не отпугнуло то, что эти нормы, выработанные Лениным в процессе обобщения опыта классовой борьбы пролетариата, были положены в основу построения партии нового типа, поставившей своей целью уничтожение частной собственности и построение коммунизма. Идеология была убрана за скобки, а организационные принципы, позволяющие партии быть единым и гибким политическим организмом, взяты на вооружение как полезные и даже необходимые в переходную эпоху со всеми ее стрессами, шокотерапией, форс-мажорами и т.д.

Почему не справились с задачами реформирования российского социума правые силы традиционного западного формата, хотя многие годы их представители были у власти? Да потому, что, обладая рыхлой организационной структурой, они в лучшем случае представляли собой избирательную машину. Но чаще – дискуссионный клуб, по определению не способный взять на себя функции полноценной партии власти.

Следствием организационной аморфности этих образований стали политические недуги, выражаемые в амбициях их лидеров, внутрипартийных склоках, неумении договариваться, приходить к взаимопониманию, вырабатывать общую стратегию и т.д.

В итоге - закономерный провал. Страна, экономической основой которой была общественная собственность на средства производства, с «совковой» коллективистской ментальностью оказалась им принципиально не по зубам. Она не «переделывалась».

Реформируемая «Единая Россия» в таком контексте - не более чем ответ на запрос времени. Но и не менее. Это центристская альтернатива и право - либеральным способам организации жизни, и левым, оба из которых не нашли в России благодатной почвы в силу абсолютизации идей, положенных в основу деятельности и тех, и других. Не помогли же Отечеству нашему ни тотальное обобществление по рецептам классиков марксизма–ленинизма. Ни тотальная приватизация, скроенная по западным лекалам. Более сложной и многоуровневой оказалась страна, принципиально не сводимая под одну идеологическую гребенку.

Люди устали от идеологических разборок, подковерной грязи, «черного» пиара и прочего, сопровождающего жестокие схватки ФПГ за власть под прикрытием карманных партийных лэйблов. Все чаще они голосуют за стабильность, предсказуемость, уверенность в завтрашнем дне, за все то, с чем ассоциируется у них партия власти.

Кстати, единороссы здесь не являются носителями политического ноу-хау. Этот «велосипед» уже изобретен и успешно обкатывается нашим восточным соседом – Китаем. В этой стране почти три десятка лет под руководством правящей коммунистической партии успешно строится современный капитализм, именуемый там «социалистическим рыночным хозяйством». С диверсифицированной собственностью, сильной социальной государственной политикой, «открытыми» и «специальными» экономическими зонами, фантастическими темпами роста ВВП и т.д. Ден-сяопиновский лозунг «не важно, какого цвета кошка, лишь бы она ловила мышей», отодвинувший марксистско–маоистскую догматику на второй план, сделал свое дело.

Хотелось бы верить, что сегодня и у нас партия, способная на такие свершения, есть. Но так ли это на самом деле, решать его Величеству Народу. На выборах…

Александр СУВОРОВ