РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОТВЕТ НА ГЛОБАЛЬНЫЕ ВЫЗОВЫ

Страна вступила в период политической и экономической стабильности. Практически все показатели, которыми мы десятилетиями привыкли измерять нашу жизнь, улучшаются. Однако время ставит пред современным обществом проблемы, о которых раньше никто не слышал или не придавал им особого значения. Такие проблемы называют глобальными, подразумевая, что они требуют решения в планетарном масштабе. Однако общее всегда распадается на частное. И очень многое можно сделать на уровне отдельного региона. Об этом мы беседуем с губернатором Самарской области Константином ТИТОВЫМ.

Страна вступила в период политической и экономической стабильности. Практически все показатели, которыми мы десятилетиями привыкли измерять нашу жизнь, улучшаются. Однако время ставит пред современным обществом проблемы, о которых раньше никто не слышал или не придавал им особого значения. Такие проблемы называют глобальными, подразумевая, что они требуют решения в планетарном масштабе. Однако общее всегда распадается на частное. И очень многое можно сделать на уровне отдельного региона. Об этом мы беседуем с губернатором Самарской области Константином ТИТОВЫМ.

- Константин Алексеевич, фраза, что 11 сентября 2001 года мы проснулись в другом мире, давно стала штампом. Однако можно ли на основе повседневной жизни нашей области говорить о том, что мы готовы к жизни в этом новом мире?

- К сожалению, нет. Всплеск антитеррористической активности в общественном сознании, который мы наблюдали после 11 сентября и после терактов в наших городах, всплеском и остался. Конечно, были усилены меры безопасности на транспорте, особенно в аэропортах, на ряде производств.

Однако нельзя говорить о формировании целостной системы противодействия террористической угрозе со стороны всего общества. Назову хотя бы одну, всем очевидную проблему: подвалы и чердаки большинства наших домов по-прежнему легкодоступны. Мы продолжаем уповать на русский авось. И значит, потенциально открыты для атак террористов.

- Мы почему-то уверены, что террористы если не в Штатах и Израиле, то в Москве, что нас это не коснется.

- До 11 сентября никому даже в голову не могло прийти, что можно пассажирским самолетом атаковать небоскреб. Организаторы террора постоянно совершенствуются, постоянно ищут слабые места. Опыт государств, давно живущих в условиях террористической угрозы (а это и Израиль, и Индия, и Таиланд), однозначно свидетельствует: объектом атаки может стать объект в любой части страны. Да и трагический опыт вполне провинциального Беслана мы должны помнить.

- Мне кажется, в нашем обществе до сих пор господствует точка зрения, что борьба с терроризмом – это удел специальных служб, органов государственной безопасности. Насколько, по вашему мнению, верно это представление?

- Это вообще утопия. Спецслужбы делают свою работу. Но к каждой школе бригаду оперативников не приставишь.

- Зато едва ли не при каждом киоске сегодня имеется охранник.

- И это, действительно, огромный резерв в борьбе с терроризмом, причем резерв, который вполне по силам задействовать региональным властям.

Сегодня только в нашей области действует более 800 частных охранных предприятий и служб безопасности общей численностью более 30 тысяч сотрудников. Еще 5 тысяч «штыков» имеется в распоряжении военизированных охран, обеспечивающих защиту объектов связи, транспорта, оборонных заводов и пр. То есть численно эта «армия» превосходит и милицию, и УФСБ, и другие силовые структуры.

- Только зачастую солдаты этой армии – это просто более-менее крепкие мужчины. Способные противостоять разве что мелким хулиганам.

- Это действительно проблема, но проблема, которую нам, повторяю, по силам решить. При поддержке правительства Самарской области, УФСБ, транспортных и других предприятий региона в Самарском государственном аэрокосмическом университете создан единственный пока в России Институт комплексной безопасности, в котором будет осуществляться подготовка специалистов по таким направлениям как «Безопасность перевозок», «Комплексное обеспечение информационной безопасности автоматизированных систем», «Защита в чрезвычайных ситуациях». По мере развития учебного процесса будут созданы факультеты подготовки специалистов в сфере безопасности для других отраслей промышленности, для государственных и муниципальных структур.

Для преподавания привлекаются специалисты ведущих учебных заведений, силовых ведомств, а также учебных антитеррористических центров Израиля.

Кроме того, на базе авиационного учебного центра Международного аэропорта «Курумоч» как структурное подразделение Института комплексной безопасности создан Авиационный транспортный колледж, являющийся государственным образовательным учреждением. В нем проводится подготовка кадров по таким востребованным специальностям как «Сотрудник службы безопасности и охраны», «Инструктор по безопасности на транспорте».

По окончанию обучения выпускникам Института комплексной безопасности и Авиационного транспортного колледжа будут выдаваться дипломы государственного образца и международные сертификаты.

Думаю, даже этот первый шаг позволит заметно повысить уровень подготовки сотрудников охранных структур. А в перспективе эти востребованные жизнью специальности необходимо включить в систему ведомственного специального и высшего образований.

- Однако для бизнеса, особенно бизнеса мелкого и среднего, такое повышение уровня подготовки охранных структур, да и вообще участие в антитеррористических мероприятия – это лишняя головная боль и материальные затраты. Есть ли у современного государства, в том числе и на региональном уровне, рычаги для привлечения частных предприятий к борьбе с террором?

- Действительно, для дальнейшего более эффективного и действенного сотрудничества государству, законодательным органам необходимо определить функции и правовые основы участия охранных структур в осуществлении антитеррористический мероприятий и создать условия для материального стимулирования деятельности негосударственного сектора экономики в профилактике и предупреждении терроризма.

Целесообразно разработать и законодательно закрепить возможность в случае необходимости руководства силами частных охранных структур со стороны спецслужб, антитеррористических комиссий, оперативных штабов.

Необходимо также законодательно закрепить обязательные условия функционирования объектов бизнес-структур в соответствии с требованиями антитеррористической защищенности, выработку единых стандартов обеспечения безопасности, в том числе на стадиях проектирования, строительства, капитального ремонта объектов.

Особенно это должно касаться обеспечения антитеррористической защищенности потенциально опасных объектов, объектов здравоохранения, образования и мест массового пребывания граждан. Здесь важную роль могут и должны сыграть антитеррористические комиссии субъектов федерации.

В Самарской области есть опыт заблаговременного решения этих вопросов. Скажем, антитеррористическая комиссия министерства здравоохранения и капитального строительства тесно сотрудничали при реализации комплекса мер безопасности в ходе строительства Самарского областного онкологического центра.

Непосредственное участие в заседаниях антитеррористической комиссии руководителей бизнес-структур позволило нам выработать совместные решения, согласно которым в местах массового пребывания граждан уровень безопасности отвечает Перечню минимальных обязательных требований. Целый ряд объектов (Кировский вещевой рынок, культурно развлекательные центры, ночные клубы) оборудованы системами видеонаблюдения, металлоискателями.

Повышение уровня технической оснащенности систем безопасности – одно из требований, которые мы предъявляем и будем предъявлять к руководителям предприятий и организаций. Перспективное направление здесь – создание единой сети видеонаблюдения государственных правоохранительных органов на улицах, в местах массового скопления людей и частных систем на объектах негосударственного сектора экономики. В случае возникновения угрозы террористической атаки к этой единой сети обеспечивается возможность доступа силовых структур. Подобная система «Безопасный город» уже действует в Перми, а мы сейчас разрабатываем аналогичный проект «Дозор-Антитеррор».

Не могу в этой связи не вспомнить действующую в Международном аэропорту «Курумоч» систему биометрического контроля. Ее основу составляют уникальные научно-технические решения с использованием современных методик биометрической идентификации и психосемантического анализа личности.

Как правило, руководители частных предприятий и фирм не отказываются от участия в тактико-специальных учениях, экспериментах, не противодействуют проверкам антитеррористической защищенности объектов. И это радует.

Одним словом, взаимодействие власти и бизнеса Самарской области в деле противостояния терроризму в целом можно оценить положительно. Хотя создание государством (и на федеральном, и на региональном уровне) антитеррористических «единых правил игры», которым бы неукоснительно следовали все представители бизнес-сообщества и, более того, все общество, еще впереди.

- Какую роль в этом процессе могут сыграть средства массовой информации?

- Они должны последовательно противодействовать пропаганде национальной и религиозной нетерпимости, оказывать содействие в выработке стойкого общественного неприятия любых проявлений экстремизма и ксенофобии, вести контрпропаганду идей терроризма.

А вспоминая начало нашего разговора, скажу: СМИ должны формировать в обществе осознание опасности террористической угрозы, учить людей действовать в экстремальных ситуациях и предотвращать их.

- В прошлом году к антитеррористической комиссии у нас в области добавился еще один орган с перекликающимся названием - Совет региональной безопасности. Причем едва ли не важнейшей задачей, поставленной перед ним, была названа борьба с так называемым «черным рейдерством». Неужели эта проблема столь остра, что ее можно поставить в один ряд с террористической угрозой?

- Именно проблема недружественного поглощения предприятий, то, что мы обычно называем «черным рейдерством», определена Президентом Российской Федерации в качестве приоритетной в борьбе с экономической преступностью. Рейдеры, конечно, никого не убивают (по крайней мере, в массовом порядке), но они подрывают самые основы современной экономической системы государства.

Кроме того, такая практика делает страну непривлекательной для стратегических инвесторов, дискредитирует политику, проводимую руководством Российской Федерации. А если речь идет о стратегических предприятиях, то рейдеры несут в себе прямую угрозу безопасности государства. То есть постановка этой проблемы в один ряд с терроризмом вполне правомерна.

- Но ведь, насколько я понимаю, в целом недружественный захват предприятий осуществляется легальными методами, вполне в рамках действующего законодательства.

- Действительно, в большинстве случаев достижение контроля над предприятием осуществляется с помощью легальной скупки акций на открытом рынке, в том числе у членов трудового коллектива. Однако нередко при такой скупке используются те или иные формы давления.

Активно используется «административный ресурс» - опять же формально законные целевые проверки контролирующих органов, в том числе налоговой инспекции, милиции, судебных инстанций, органов юстиции и т.д. Если называть вещи своими именами, то за такими проверками стоит элементарная коррупция.

Характерной чертой деятельности рейдеров является использование «черных» пиар-технологий в средствах массовой информации с целью создания негативного образа противоборствующей стороны. То есть на корню разлагается и так называемая «четвертая власть».

С введением в действие федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» был открыт еще более эффективный способ борьбы за контроль над собственностью – банкротство с последующим появлением на предприятии внешнего управляющего, подконтрольного определенной группе лиц.

Так что сложившаяся практика ясно указывает на несовершенство законодательной базы и недостатки в работе государственных механизмов по защите интересов собственника.

Власти на всех уровнях не должны сидеть, сложа руки, и смотреть, как отнимаются предприятия у добросовестных и зачастую эффективных владельцев.

- Как складывается ситуация в этом отношении в Самарской области?

- Особо остро вопросы «недружественных поглощений» стоят в Центральном и Северо-Западном Федеральных округах. Но в последнее время и в отношении ряда предприятий Самарской области были попытки захвата собственности.

Наиболее остро оккупационное давление ощутило на себе ЗАО «СМАРТС», входящее в пятерку ведущих сотовых операторов России. Инициировала проведение противоправных действий, связанных с возможной покупкой или приобретением мошенническим путем активов компании, московская консалтинговая группа «Сигма». В ходе рейдерской атаки предполагалось понизить стоимость акций с помощью проведения многочисленных проверок деятельности ЗАО надзорными органами, получить данные об акционерах общества, о движении денежных средств по их лицевым счетам. Атака началась с инициирования наложения ареста на 100 процентов акций «СМАРТС» при помощи судебных органов Ставрополя, Волгограда и Санкт-Петербурга.

Чтобы противодействовать этому, правительством области подготовлено и направлено соответствующее обращение в Высшую квалификационную коллегию судей Российской Федерации, Федеральную службу судебных приставов. Намечен еще ряд конкретных мер.

Столкнулись мы и с ситуацией, когда процедура банкротства инициируется коммерческими структурами, заинтересованными в установлении контроля над крупными стратегическими предприятиями, с целью получения сверхприбыли от продажи их наиболее ликвидных активов, уникального оборудования и объектов недвижимости.

Прежде всего, к таким предприятиям относится ОАО «СНТК им. Н.Д. Кузнецова». 60 процентов его акций находится в руках государства и оно включено в Перечень стратегических акционерных обществ, утвержденный Указом Президента России. В настоящее время ряд коммерческих структур, являющихся кредиторами предприятия, пользуясь его тяжелым экономическим положением, предпринимает активные действия с целью инициирования банкротства СНТК. Причем их деятельность направлена не на непосредственное взыскание задолженности, а на получение заинтересованными лицами доступа к активам предприятия через процедуру банкротства.

Похожая ситуация сложилась и вокруг ФГУП «Самарский электромеханический завод», также входящего в перечень стратегических предприятий Российской Федерации и выполняющего государственный заказ по линии Министерства обороны.

- Правильно ли я понимаю, что пути решения проблемы лежат в двух плоскостях: устранение пробелов в законодательстве и совершенствование государственного механизма?

- Да, прежде всего мы видим задачу в консолидации усилий органов власти, хозяйствующих субъектов, правоохранительных структур, ученых с целью противодействия недружественным поглощениям предприятий. Но, на мой взгляд, этого недостаточно. Необходимо также выработать принципы такой совместной деятельности, чтобы добиваться результата.

В этом направлении большая работа проводится межведомственной комиссией, созданной в рамках Совета региональной безопасности. Ее задачи – создание эффективной системы борьбы с незаконным переделом собственности, качественный мониторинг экономического состояния предприятий, а также введение механизмов мотивации топ-менеджеров, при которой наемным управляющим будет невыгоден переход вверенных им предприятий в другие руки. Уже организована работа правоохранительных органов по формированию единой базы данных об имеющихся фактах силовых захватов предприятий, о фирмах, организующих атаки, о входящих в их состав лицах. Выявляются уязвимые места субъектов недружественных поглощений, разрабатываются комплекс упреждающих мер и механизмы правовой защиты.

В этой связи заслуживает внимания опыт Северо-Западного Федерального округа, где при полномочном представителе президента Российской Федерации создана специальная структура, противодействующая захватам предприятий – Центр общественных экспертиз по вопросам экономической безопасности. Инициатором его организации выступила общественная палата при полпреде. Основные функции центра – анализ рынка, распространение соответствующей информации, при необходимости непосредственное участие в переговорах конфликтующих сторон. Бизнесмены активно поддержали такое участие власти в корпоративных спорах.

Еще одним направлением работы нашего Совета региональной безопасности в сфере противостояния недружественным захватам должна стать организация совместной работы правоохранительных и контрольных органов, которую, кстати, предусматривает действующее законодательство. К сожалению, в реальности подобное взаимодействие случается крайне редко. Хотя такое сотрудничество очень эффективно, прежде всего для правоохранительных органов, ведь среди их сотрудников зачастую просто нет специалистов, способных правильно классифицировать преступление в сфере фондового рынка и организовать сбор необходимых доказательств. Сфера рынка ценных бумаг до сих пор остается малопонятной для правоохранителей, а многочисленные пробелы в законодательстве еще более усложняют работу по вскрытию подобных преступлений, привлечению виновных к ответственности и защите участников фондового рынка. Даже предусмотренная уголовным кодексом РФ специальная статья «Злоупотребления при выпуске ценных бумаг (эмиссии)» пока не применяется на практике.

- Если эти меры организационного характера действительно находятся в сфере компетенции региональных властей, то устранение пробелов в законодательстве – задача явно федерального уровня?

- Это так, но это не значит, что мы должны ждать у моря погоды. Во-первых, у регионов есть право законодательной инициативы, во-вторых, у нас достаточно рычагов, чтобы донести до центра наше видение ситуации.

А оно состоит в том, что в рамках действующих законов правоохранительные органы не в состоянии обеспечить противодействие злоупотреблениям правом в корпоративных отношениях. В принципе, поглощения одних предприятий другими – совершенно нормальное явление для рыночной экономики. Но в странах, давно идущих по этому пути, поглощения четко разделяются на дружественные, недружественные и незаконные. В российском праве такой классификации не существует, что развязывает руки мошенникам. Поэтому в первую очередь необходимо четко определиться с терминами, что позволит ввести санкции за незаконный захват.

Большие надежды мы связываем с находящимся сейчас на обсуждении в правительстве страны законопроектом «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации и некоторые другие акты законодательства Российской Федерации в целях совершенствования процедуры разрешения корпоративных споров». Основными идеями законопроекта являются обеспечение непротиворечивости судебных актов, применяемых при рассмотрении хозяйственных споров и предоставление лицам, участвующих в корпоративном споре, широких возможностей вступления в рассматриваемое арбитражным судом дело. То есть правосудие должно стать более открытым и понятным, чем сейчас.

В целях усиления противодействия экономической преступности в Самарской области разработано и одобрено губернской Думой законодательное предложение о внесении изменений в федеральный Закон «О банках и банковской деятельности». Принятие этих изменений позволит устранить имеющиеся противоречия, обеспечить своевременное пресечение фактов легализации средств, полученных преступным путем, а также профилактику преступлений, связанных с недружественными поглощениями предприятий среднего и малого бизнеса. В частности, официально и в режиме свободного доступа возможно будет отслеживать аккумулирование на счетах консалтинговых фирм денежных средств, которые в последующем могут быть направлены на рейдерские атаки.

- Какие еще изменения напрашиваются в нашем законодательстве, для того чтобы поставить заслон на пути недружественных захватов предприятий?

- Лишить черных рейдеров их инструментария действительно важнейшая задача. Отмечу в этой связи несколько моментов.

Это, прежде всего, проблема реестра. В действующем законодательстве, а именно в Законах «Об акционерных обществах» и «О рынке ценных бумаг» содержатся неточности, которые используют рейдеры. Поскольку акции в России выпускаются в бездокументарной форме, то захват предприятия, по сути, сводится к захвату реестра акционеров. Главной ошибкой является то, что он описан как вещь. Поэтому захватчикам нужно просто его переписать, и предприятие в их руках. Решение этой проблемы простое – описать реестр как информацию.

Также в действующей редакции Закона «Об акционерных обществах» отсутствуют четкие разъяснения о ведении двойного реестра акционеров и о последствиях такого ведения. В итоге нередки ситуации, когда представители сторон ссылаются на два, а то три разных реестра и, как следствие, появляются два или три гендиректора и т.д. Для решения этой проблемы необходимо четко разъяснить понятие подлинного реестра и ввести санкции (вплоть до уголовной ответственности) за использование незаконного перечня акционеров.

Другим излюбленным способом захвата предприятий является манипулирование с проведением акционерных собраний. Необходимо четко прописать в Законе нормы и правила уведомления акционеров и проведения самих собраний.

Особенно это касается повторных собраний. Сегодня закон позволяет проводить их при наличии кворума всего в 30 процентов голосов, то есть фактически принимать решения помимо воли держателей контрольного пакета. Нередки случаи, когда повторное собрание организуется без проведения первого. Таким образом, достаточно консолидировать всего 16 процентов акций и при кворуме в 30 процентов предприятие оказывается в руках рейдеров.

Поэтому напрашивается законодательное исключение возможности проведения собрания в отсутствие акционеров, обладающих более чем 50 процентами голосов, то есть исключение понятия «повторное собрание» как такового.

Целесообразно внесение ряда изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ. В частности, это касается ужесточения ответственности за неправомерное использование информации, полученной с использованием служебного положения (инсайдерской информации), и за выпуск суррогатов ценных бумаг.

Конечно, необходимо четко определить территориальную подведомственность исполнительных дел для исключения случаев исполнения решений судов «заезжими» приставами.

Если вернуться к предприятиям с государственной долей собственности, то необходимо на региональном уровне создать органы исполнительной власти по антикризисному управлению. На них должны быть возложены функции обеспечения мониторинга, анализа и контроля за финансово-хозяйственной деятельностью убыточных предприятий, проведения мероприятий по их финансовому оздоровлению, оценки финансового состояния хозяйствующих субъектов, находящихся в стадии банкротства и являющихся участниками корпоративных конфликтов.

Стоит установить порядок контроля за деятельностью руководителей и арбитражных управляющих предприятий с долей государственной собственности и ограничить их полномочия по осуществлению операций, связанных с отчуждением имущества, выводом активов и введением процедуры банкротства.

Необходимо также на законодательном уровне обеспечить возможность органам исполнительной власти в ходе реализации процедуры банкротства стратегических предприятий контролировать состояние оборонного производства и мобилизационных мощностей.

Даже из этого далеко не полного перечня видно, что если мы хотим повлиять на ситуацию со слияниями и поглощениями, придать ей цивилизованный характер, наше законодательство нуждается в серьезном редактировании.

Однако - и тут мы возвращаемся к началу нашего разговора - принятие только организационных и законодательных шагов недостаточно для того, чтобы достойно принять и этот вызов современной эпохи. Разруха, как известно, начинается «не в сортирах, а в головах». Эффективное противостояние терроризму невозможно без участия граждан. Равно как и черное рейдерство может процветать только в обстановке терпимости и вседозволенности.

Дмитрий ШИРКИН